Инфанте - Малевич

Суперматические формы наделены по смыслу тем же центральным их положением, то есть бросается в глаза некое качество «артефактного» их состояния.

Все рождается из Белого: художник подходит к белому листу бумаги и на белом пространстве рождается нечто новое.

Еще не было в нашем обиходе слов "перформанс" и "инсталляция", и я назвал это – "спонтанные игры на природе". Мы играли в этой снежной стихии и с обнаженным женским телом.

Художественные и даже мистические свойства снега, как мы помним, открыли еще в эпоху Возрождения немецкие и нидерландские живописцы. Взять хотя бы знаменитых «Охотников на снегу» Брейгеля – одну из самых пронзительных картин. 

Радикально-утопические "Проекты реконструкции звездного неба", где небесные светила выстраиваются в аккуратные ряды, круги и прямоугольники.

Я разложил покрашенные элементы – прямоугольники, квадраты. Сначала это была некая игра, потом же оказалось, что это концептуальный ход – но мы тогда ни о каком концептуальном искусстве не думали.

Инфантэ сближает эта латентная "метафизичность" сочетаемая с кристаллично-ясной артикуляцией пластичных форм. Впрочем эта ясность органично сочетаема с пиететом перед непостижимостью, перед творящей Тайной Всего и вся!

Я был просто поражен мажорностью, цветом, невероятной энергетикой. Со стен на меня лился поток чистого цвета. Красный был красным, зеленый – зеленым, синий – синим.

Малевич из космоса глядел и мнил себя демиургом. Вот эту часть Нусберг воспринял в лоб и спроецировал ее на себя.