Милена Орлова

Это стремление к элементарным вещам, составляющим художественный процесс, сближало Чуйкова с американскими и европейскими минималистами, а лукавая игра с символами и знаками картины, цитатами из Ренессанса и советских плакатов, вписывала его творчество в широкое русло постмодернизма. А Борис Гройс в эпохальной статье «Московский романтический концептуализм» причислил Чуйкова к концептуалистам. 

Орлова, Милена. 2020. (Линк)

Вы говорите, что картина — это окно в мир? Пожалуйста, вот вам оконные рамы, а в них — набор самых расхожих изображений. Да и сами рамы, — что если в золотой багет вставить обои? Это будет картиной? В середине 1970-х, на волне увлечения кибернетикой, когда у героини «Служебного романа» над столом висела сотворенная ЭВМ «Мона Лиза», Иван Чуйков был занят идеей «программируемой живописи» — при этом сюжетом для как бы созданных искусственным интеллектом изображений служила безотказная обнаженная натура, расчлененная на бедро, локон и в конце концов простой штрих.

Орлова, Милена. 2020. (Линк)