О языке

Я обращаюсь к этому стилю именно как к безличному языку, что очень для меня важно. У моего прошлого зрителя, который был на выставках «Шаги механика» в Третьяковской галерее и «Едоки лимонов» в Ермолаевском переулке, сложилось определенное мнение обо мне как о художнике очень персоналистском, личном, индивидуальном, интимном, с произведениями автобиографическими, камерными. В какой-то момент для меня это местоимение «я» стало тягостным, поэтому появились «Они», и в связи с этим анонимность фотореализма мне необычайно импонировала.

Виктор Пивоваров. 2011 (Линк)

Она, безусловно, есть, и определить ее можно как движение против течения времени, хотя это нечто абсурдное, потому что невозможно идти против времени. Я сознательно использую неактуальные устаревшие музейные языки, будь то язык раннего Ренессанса или раннего модернизма. Я могу не только произвольно менять разные языки, но и перемешивать их. Всё, что связано с художественной формой, у меня подвижно и изменчиво. Что же касается так называемого содержания, оно практически неизменно. С самых ранних своих опусов и до настоящего времени я остаюсь экзистенциалистом. В шутку я себя называю последним экзистенциалистом.

Виктор Пивоваров: 2018. - (Линк)