ПАВЕЛ ПЕППЕРШТЕЙН. 2015

В комнате души художник обитает в одиночестве (о структуре этого медитативного существования подробно повествуют «Проекты для одинокого человека»), но иногда он охотно поселяет там вместе с собой тех, кого любит: девушек с длинными волосами, возвышенных друзей, спорящих об искусстве или читающих стихи, собственную маму, взирающую на мир с ужасом, загадочных знатоков, интеллектуалов и аскетов с шишковатыми черепами.

Творческий путь Виктора Пивоварова, от совсем ранних «Искушений святого Антония» и до новейших «Философских садов монаха Рабиновича», связан с поисками монашества в миру, с фигурой аскета. Жизнь аскета состоит из видений, а они разделяются на две группы: просветленно-возвышающие видения (апофатические) и искушающие видения (катафатические). Нетрудно заметить, что первые приходят с Востока, вторые — с Запада. При этом в эстетическом отношении путь наверх воспринимается как стремление к абстракциям — философским или формальным, — а путь искушений обретает формы, напоминающие о европейском барокко и маньеризме. Однако Пивоваров не просто сверхчувствительный, но и мудрый художник — он прекрасно понимает, что только сердечный трепет, только любовь придает ценность этим воспарениям и нисхождениям, любовь уравнивает эти пути между собой и равно освещает их светом прекрасного.

ПАВЕЛ ПЕППЕРШТЕЙН. 2015 (Линк)