Художественное поведение

Д.А.П.: Единственное, чем это можно объяснить, - они все укладываются в большой проект размером в жизнь. Я стараюсь все время эксплуатировать разные имиджи и роды деятельности. Это мимикрия, боязнь быть закрепленным. Когда мне говорят: "Ты художник", я возражаю: "Нет-нет, я стихи пишу", или заявляют: "Вот ты стихи написал...", а я в ответ: "А-а, нет, это старые, я уже другим занимаюсь". Я пытаюсь улизнуть от жесткой фиксированности в социуме, в языке - кроме культурной позиции это внутренний комплекс и синдроматика старых времен. Это гены поколений, боявшихся быть опознанными в пределах репрессивной системы. Чисто психологическая защита. Но она оформлена мной в некую стратегию художественного поведения, поэтому для меня очень важен чудовищный разброс между стихами, книгой предуведомлений и выступлениями с джазовыми музыкантами, где я диким голосом что-то ору как безумный. В рамках старой системы представлений о том, как себя должен вести художник, все это трудносоединимо, но с точки зрения авангардного искусства такие вещи вполне понятны и легко сопряжимы. Это меня как-то утешает - система жестов и поведения еще не стала избитым культурным ходом. Пока она может в какой-то мере удивлять, поражать. Я думаю, что в кругах, увязших в радикальной практике, это тоже уже не новинка; другое дело, что современная культура пока не явила ничего реально превосходящего такой тип поведения. Он уже заезжен, но еще актуален.

Дмитрий Александрович Пригов: 1997. - (Линк)