Валентин Дьяконов. 2004

Дополнительную глубину и объем приобретают на его картинах из серии "Эйдосы" супрематические крестьяне Малевича. На прошедшей года три назад выставке "В круге Малевича" была представлена панорама учеников великого Казимира, которые воспринимали разработки мастера как академические модели. Место учебного антика заняли супрематические построения. Пивоваров доводит эту установку до логического конца: на его картинах в стиле Малевича изображаются животные, а супрематический человек появляется в антураже классической картины ван Эйка и Пьетро делла Франческа. Даже сам Малевич, старавшийся, чтобы его голос звучал как бы ниоткуда, из небесного мира чистых сущностей, превращается у Пивоварова в персонажа. На точном воспроизведении Пивоваровым позднего автопортрета Малевича левый глаз авангардиста закрывает лиса - символ обольщения, оборотень из японских мифов. То есть ничто человеческое супрематическому человеку и его создателю не чуждо.