Андрей Монастырский - Роберт Сторр. 2011

Андрей Монастырский. Роль интерпретации и интерпретаторов в концептуализме, особенно в московском, очень значительна и имеет свои «слои», свои характеристики. Например, одно дело интерпретация у Ильи Кабакова (который уходит в нарратив), другое дело — интерпретация позднего концептуализма, конца восьмидесятых — начала девяностых («Медицинская герменевтика»), она здесь совершенно другая, историко-семиотическая. Я придерживаюсь скорее поэтической интерпретации, когда высказывание о предмете имеет самостоятельную ценность в характере фонтанирования этого высказывания, в виртуальном членении фразы, а процесс его понимания — процесс поэтический, это внутренняя интерпретация. Что касается интерпретации внешней, со стороны теоретиков искусства по отношению к этим явлениям, я думаю, там есть еще что-то помимо всего перечисленного, но все-таки тенденция к какому-то виду интерпретаторства сохраняется и во внешней критике, и во внешней теории.

Андрей Монастырский - Роберт Сторр. 2011 (Линк)

Роберт Сторр. На мой взгляд, интересны культурные дистанции между происходящим в Москве и Нью-Йорке: что они означают, предлагают, какие контрасты создают и как направляют нас к пониманию некоторых вещей. В своей статье о московском концептуализме Борис Гройс писал о значимости пространств. Мой опыт — это свидетельство не того, кто «ходит по краю полей», а того, кто находится на окраине толпы. Романтизм есть в обоих способах одиночества, однако различается методология. Именно потому меня так интересует то, что сделали Монастырский и «Коллективные действия», здесь значимы эти различия.

Андрей Монастырский - Роберт Сторр. 2011 (Линк)